тел. (495) 727-26-76 facebook

Тематические разделы журнала

Главная тема

Выставки и рынки

История успеха

Выставочные и конгрессные центры

Развитие бизнеса

Из прошлого

Рынки и цены

Всё на продажу

Дайджест

 

 

Вспомнить о бизнесе

Необходимо уходить от ориентации исключительно на интересы государства и больше внимания уделять тому, что происходит в домашних хозяйствах и в бизнесе. Такое мнение в дискуссии «Здоровое будущее экономики» на Гайдаровском форуме высказал министр экономического развития РФ Алексей УЛЮКАЕВ.

Для того, чтобы антикризисные меры были эффективными, нужно понимать природу того явления, с которым собираемся бороться. В своих действиях в области экономической политики нет смысла делать акцент на факторах, которые находятся вне нашей юрисдикции, например мы ничего не можем сделать с ценами на нефть. То есть наша политика должна быть ориентирована на глубинные проблемы, структурные, институциональные, циклические.

То, с чем столкнулась наша страна, – это переход к новой экономической реальности. Глобальный экономический рост никогда не будет таким, каким он был в период с 2000 по 2007 г., и ситуация в России также не будет прежней, она будет, и есть, гораздо сложнее. Ситуация стала намного более конфликтной, труднопредсказуемой, нестабильной. Поэтому надо разработать меры, которые были бы адекватны и в ситуации, когда нефть стоит 130 долл., и в ситуации, когда она стоит 30 долл. за баррель.

Если сравнивать с ситуацией 2008–2009 гг., то бюджетные проблемы сейчас менее остры, бюджет защищен гораздо лучшее. Причем не только резервами, но и самим устройством монетарного механизма. Другими словами, при снижении цены на нефть, а, следовательно, при снижении соответствующих доходов бюджета, меняется ситуация с платежным балансом, меняется ситуация на внутреннем валютным рынке, и режим плавающего курса позволяет выравнивать эти соотношения.

С точки зрения бюджета не важно, сколько стоит нефть в долларах, важно, сколько она стоит в рублях. При цене нефти в 45 долл. за барр. и цене доллара в 66 руб. нефть стоит 3 тыс. руб. И для бюджета это важно. При фиксированном курсе, например в 33 руб. за долл., как было в начале прошлого года, в рублевом исчислении баррель нефти стоил бы 1500 руб., и тогда вся бюджетная конструкция была бы немыслима. Сейчас она устроена гораздо лучше. В этом смысле бюджет, государственные обязательства имеют гораздо более прочную конструкцию.

А вот бюджеты домашних хозяйств и бюджеты компаний, бизнеса гораздо менее защищены. Мне кажется, мы должны уходить от такой этатистской ориентации, когда государство, государственные обязательства, государственные полномочия важны и их надо выполнять любой ценой, а что там происходит в бизнесе и в домашних хозяйствах, не так важно. На самом деле следует уделять гораздо больше внимания тому, что происходит в бизнесе и домашних хозяйствах. И скорректировать принимаемые меры с этой точки зрения. Эти меры должны снизить те шоки, которые переживают население и бизнес, позволить им пройти через это трудное время.

Антикризисная политика должна исходить из того преимущества, которое получила страна. Оно очень простое – это снижение издержек, связанное с глубокой девальвацией национальной валюты. Поддержав те институты и структуры, которые оказались наиболее гибкими, можно получить серьезный выигрыш. Речь идет о малом и среднем бизнесе.

Те сигналы, которые сейчас подаются крупному бизнесу, доходят до него в течение нескольких лет. Пересмотр инвестиционной политики, переориентация на другие рынки и производства – это очень сложный процесс. В обстановке невысокого уровня доверия к государственным институтам эти сигналы не очень эффективны. А малый и средний бизнес, особенно малый, готов уже сегодня воспринимать эти сигналы. Нужно немного ему помочь. Это означает снизить регулятивную нагрузку, фактически ее обнулить, отказаться от системы проверок и контроля для тех компаний и предпринимателей, которые себя зарекомендуют в течение трех лет. В нынешних условиях можно пойти и дальше и распространить это на вновь создаваемые бизнесы, освободить их от налоговой нагрузки. Это хорошо работает через патентную систему с номинальной ценой патента. Имеются и другие варианты. Это стало бы реальной диверсификацией экономики и сняло бы социальные проблемы, которые всегда сопровождают рецессии.

Именно сейчас у России есть реальная возможность серьезно продвинуться в области несырьевого экспорта. Большое количество предприятий с уровнем издержек, позволяющих им быть конкурентоспособными на серьезных мировых рынках, нуждаются в поддержке. Надо это сделать.

Необходимо подумать о правильном соотношении фискальной и монетарной политики. Простое ужесточение фискальной политики обычно означает ухудшение качества расходов. Что легче всего сократить? Легче всего сократить производительные расходы бюджета, то, что связано с экономикой. Стройки остановили – и всё. А вот социальные обязательства, оборонные обязательства – их гораздо труднее сократить. Поэтому в условиях простого фискального ужесточения получается структура бюджета, в котором производительные расходы, которые и так-то невелики, почти обнуляются. Это очень опасно с точки зрения создания налогооблагаемой базы на будущее. А монетарная жесткость в равной степени распространяется на всех участников рынка. Она означает не ухудшение, а повышение качества принимаемых решений, она отсекает те проекты, которые не держат высокую ставку, и сохраняет те проекты, в которых глубинно заложена высокая рентабельность, высокая эффективность. Поэтому стоило бы подумать о сочетании такой ассиметричной политики: достаточно жесткой монетарной и при этом умеренной мягкой фискальной политики.

БиВ

С точки зрения бюджета не важно, сколько стоит нефть в долларах, важно, сколько она стоит в рублях.

Государственный бюджет имеет достаточно прочную конструкцию. Бюджеты домашних хозяйств и компаний защищены гораздо меньше.

Следует уделять гораздо больше внимания тому, что происходит в бизнесе и домашних хозяйствах.